Девушка тяжело дышала, стоя раком на широком столе для совещаний. Её локти упирались в холодную полировку, а аппетитная попочка высоко задралась вверх. Девушка старательно подмахивала, чувствуя, как толстый ствол эйчара — с хлюпаньем вгоняется в её тугую, только что разъёбанную пиздёнку. Трусики с кружевной оборкой были грубо отодвинуты в сторону, а строгая чёрная юбочка-карго, которую она специально выбрала для первого дня на работе, была полностью задрана до талии. Белая блузка расстёгнута, и её маленькие, но упругие сисечки вывалились из тонкого бежевого лифчика, покачиваясь в такт мощным толчкам.
Рядом стоял начальник отдела маркетинга. Он не спешил. Одной рукой он сжимал свой уже твёрдый, как камень, член и медленно водил им по пухлым губкам девушки, а второй — крепко держал её за светлые волосы, не давая увернуться.
— Молодец, стажёрка, — хрипло прорычал эйчар, с оттяжкой шлёпая девушку по упругой попке. — Вот так и работай попочкой. Глубже насаживайся, шлюшка. Испытательный срок начался по-настоящему.
Девушка всхлипнула от смеси стыда и дикого удовольствия. Ей было всего двадцать, это была её первая настоящая работа, и она даже представить не могла, что «собеседование на испытательный срок» закончится вот так — раком на столе для совещаний, с двумя взрослыми мужиками, которые только что объяснили ей «реальные правила компании».
Всё началось всего полтора часа назад.
Утром стажёрка пришла в офис в идеально выглаженном деловом костюме: белая блузка, чёрная юбка до колен, тонкие телесные чулочки и аккуратные лодочки. Она нервно улыбалась, поправляя длинные русые волосы. Эйчар, высокий, подтянутый менеджер тридцати пяти лет, сразу оценил её длинные ножки и круглую попку, когда она шла по коридору. Он лично провёл её в конференц-зал «для подписания документов и объяснения внутренних правил».
— Садись, стажёрка, — ласково сказал он, закрывая дверь на ключ. — Сейчас подойдёт маркетолог, и мы всё расскажем.
Когда вошёл начальник отдела маркетинга — крепкий, уверенный мужчина за сорок с тяжёлым взглядом, — девушка уже чувствовала лёгкое напряжение. Они не стали тратить время на бумаги. Эйчар сразу подошёл сзади, положил тяжёлые ладони ей на плечи и тихо, но твёрдо произнёс:
— Девочка, в нашей компании есть главное правило. Испытательный срок — три месяца. И чтобы его пройти, ты должна будешь… выполнять все поручения руководства. Абсолютно все.
Стажёрка хотела спросить, что он имеет в виду, но маркетолог уже бесцеремонно задрал ей юбку, запустив ладонь между ног. Пальцы грубо отодвинули тонкую полоску трусиков и сразу вошли в уже слегка влажную щёлку.
— Ого, — усмехнулся он. — Уже течёт. Хорошая девочка. Значит, поняла.
Девушка вскрикнула, но эйчар крепко прижал её к столу, наклонив лицом вниз.
— Не дёргайся, лапочка. Сейчас мы тебе всё покажем. И ты будешь стараться. Потому что иначе — сразу на выход. А мы видели твоё резюме… очень хотим, чтобы ты осталась.
Через минуту стажёрка уже стояла раком на столе. Эйчар первым вошёл в неё — резко, по самые яйца, заставив девушку громко застонать. Её узкая киска обхватила толстый ствол, и она сама не поняла, как начала подмахивать. Маркетолог стоял перед ней, расстегнув брюки, и теперь его большой, пульсирующий член тёрся о её губы.
— Открой ротик, стажёрка, — приказал он, хватая её за волосы. — И соси. Это тоже входит в твои обязанности.
Девушка послушно раскрыла пухлые губки. Член маркетолога сразу скользнул глубоко в горло, заставив её поперхнуться и пустить слюни. Теперь её ебли с двух сторон — жёстко, ритмично, как настоящую офисную шлюшку.
Эйчар не переставал шлёпать её по попке, оставляя красные следы на нежной коже.
— Вот так, стажёрка, — усмехался он. — Красиво работаешь попочкой. Видишь, как быстро ты учишься? Ещё чуть-чуть — и будешь лучшей в истории компании.
Девушка уже не могла думать. Её тело дрожало от стыда и удовольствия. Слёзы текли по щекам, но киска текла ещё сильнее, обильно смазывая ствол эйчара. Каждый толчок заставлял её сисечки биться о стол, а соски — твёрдо торчать.
Маркетолог вытащил член из её рта, громко шлёпнул им по мокрым губам и приказал:
— Теперь повернись. Будешь отсасывать эйчару, а я проверю, насколько глубоко ты можешь принять.
Они поменялись местами. Девушка жадно обхватила губами мокрый от её соков член эйчара, чувствуя свой собственный вкус. Маркетолог вошёл в неё сзади ещё грубее, чем его коллега. Теперь стажёрка полностью потеряла контроль: она стонала, чавкала, подмахивала и глотала так, будто от этого зависела вся её будущая карьера.
— Смотри, как течёт наша новая девочка, — хохотнул эйчар, держа её за голову. — Уже кончает, шалава. А мы только начали.
Девушка действительно кончила — первый раз в жизни от двойного проникновения. Тело её выгнулось дугой, киска сильно сжалась вокруг члена маркетолога, а из горла вырвался хриплый, приглушённый стон. Но мужчины не остановились. Они долбили её ещё сильнее, пока наконец не начали кончать почти одновременно.
Сначала эйчар вырвал член из её рта и мощными струями залил ей лицо и грудь горячей спермой. Маркетолог же вогнал член по самые яйца и выплеснул густую порцию прямо в её дрожащую пиздёнку. Девушка почувствовала, как сперма заполняет её изнутри, а излишки начинают стекать по бёдрам, пачкая капроновые чулки.
Когда они наконец отпустили её, стажёрка сползла со стола на дрожащих ногах. Лицо, грудь и попка были покрыты спермой, юбка задрана, блузка расстёгнута. Она тяжело дышала, глядя на двух мужчин снизу вверх.
Эйчар усмехнулся, вытирая член о её щёку.
— Ну что, стажёрка? Испытательный срок официально начат. И чтобы пройти его успешно… ты теперь каждое утро будешь приходить сюда за пятнадцать минут до начала рабочего дня. И будешь «подписывать документы». Поняла?
Девушка, всё ещё тяжело дыша, кивнула. Щёки горели, но внизу живота снова приятно заныло.
— Да… я поняла, — тихо прошептала она, облизнув губы и слизнув каплю спермы.
Маркетолог потрепал её по голове, как послушную собачку.
— Умница. Теперь иди в туалет, приведи себя в порядок. И помни: камеры в конференц-зале всегда включены. Так что… ты теперь наша. Добро пожаловать в компанию, стажёрка.
Девушка поднялась, чувствуя, как сперма медленно стекает по внутренней стороне бёдер. Она поправила юбку, застегнула блузку и, пошатываясь на каблуках, вышла из зала. Но в глубине души она уже знала: завтра утром она придёт на пятнадцать минут раньше.
Испытательный срок обещал быть очень, очень долгим. И очень горячим.