Одинокий пенсионер и беспризорница
Кириллу Олеговичу Захарову не везло в личной жизни. Всегда находились какие-то помехи, попадались всегда не те, что надо. Отношения-то он имел, но всегда скоротечные. Притом, за
Кириллу Олеговичу Захарову не везло в личной жизни. Всегда находились какие-то помехи, попадались всегда не те, что надо. Отношения-то он имел, но всегда скоротечные. Притом, за
Музыка в баре была физической силой — низкие частоты пульсировали где-то в самом нутре, в такт бешено колотящемуся сердцу. Воздух, густой от духов, дыма и
Часы били полночь, а я застыл перед мерцающим экраном. Курсовая работа, этот монстр из бессвязных мыслей и чужих цитат, пожирала последние силы. Отчисление на четвертом
Дверь камеры для длительных свиданий захлопнулась с тяжёлым лязгом. В комнате пахло казённым дезинфицирующим средством, старым матрасом. Она стояла посреди комнаты на коленях, уже полностью
Родительское собрание в конце года — это как последний уровень в игре, только без сохранения. К девяти вечера школа затихла, коридоры вымерли, а мы с
Офис уже был пустым. Тишину нарушал только назойливый гул системного блока под столом и редкое пощёлкивание клавиатуры. Алина перевела взгляд на часы в углу монитора:
Новогодний корпоратив в пентхаузе на сорок пятом, а я, как всегда, опаздываю. Чёрное платье, которое я купила на последние деньги, оказалось оружием массового поражения: обтягивало
Мэри вошла в тускло освещенную комнату, и ее сердце забилось от предвкушения. В воздухе витал аромат кожи и желания, и она знала, что сегодня все
В полумраке старой квартиры, где воздух пропитан ароматом жасмина и чего-то неуловимо древнего, Гелион наблюдал за Александрой. Она была его единственной слабостью в вечной жизни
— Ну же, не заставляй меня ждать, — приказал он, и его рука по-хозяйски легла мне на затылок, слегка сжав волосы. Я подалась вперед. Кончиком